Русский репортер: интервью с Андреем Макаревичем

В 80−е было много социально активных людей, которые хотели что-то изменить. А сейчас?

В 80−е никто не знал, что делать. А сейчас многое устаканилось. Люди знают, что делать, знают, как заниматься собственным делом. Но есть, по сравнению с очарованием 80−х, неверие. Никто не верит ни в правительство, ни в милицию, ни в армию. Все всё знают: кто и как ворует, как берут взятки… Но никто не знает, как это исправить. Все устали от длинной цепи разочарований. Людям хочется, только чтобы им не мешали. Я и сам себя ловлю на этом: «Вы мне только не мешайте».

А власть знает, как это исправить?

Откуда мне знать?

Вы к ней ближе.

А, по-моему, вы к ней ближе.